Учебник истории. Просвещение 18 века

 

 

Французское просвещение - Вольтер и Монтескье, Жан Жак Руссо

 

 

ффф1

 

Главные идеи 18 века — деизм, веротерпимость, свобода научного исследования, мысль о подчинении мировых явлений незыблемым физическим законам, понятие о народовластии и разделении властей — впервые высказаны были английскими ученым» публицистами и литераторами. Дальнейшее их распространение в остальной Европе было делом писателей французских. Это произошло прежде шсего потому, что французский язык со времени Людовика XIV стал господствующим в высших образованных классах всех европейских стран; далее потому, что французские авторы привыкли излагать научные теории, философские и политические системы в легкой, общедоступной, изящной и остроумной форме, выступая в качестве собеседнико1в1 в салонах.

 

При Людовике XIV любители искусства, науки и литературы собирались большею частью при дворе или в домах крупных сеньеров. В XVIII в. аристократия составляет лишь часть образованного общества; в Париже и других городах возникают кружки из людей умственных и промышленных профессий, которые сходятся у богатых представителей буржуазии. Они отчасти переняли беседы и развлечения двора, изысканную вежливость и находчивость, но внесли много своего: большую простоту и непринужденность в беседах, решение философских и научных вопросов. С оео1бешныш искусством руководили такими литературными салонами г-жи Дюдеффан и Леспинасс: не. будучи сами писательницами и учеными, он» умели привлекать на свои ужины и вечеринки избранную публику, заставлять талантливых людей высказываться, направлять споры и смягчать их ожесточение. «Ничто не сравнимо — говорит Вольтер — с тою приятной жизнью, которую ведешь в Париже в лоне искусств и спокойных, изящных удовольствий; иностранцы*, короли предпочитают своему отечеству и трону этот покой, столь приятно занятый и полный очаровании». Париж становится школой общественности для всей Европы, куда едут молодые люди всех стран для того, чтобы приобрести светский лоск и просвещенные вгляды.

 

Несмотря на то, что англичане со времени Вильгельма III часто воевали с французами, » наносили им поражения, Англия все таки слыла за страну, достойную преклонения и подражания; англичане казались французам разумным, счастливым, уравновешенным народом, к которому надо ехать учиться. Читающая публика во Франции добивалась верных и точных сведений о политической и общественной жиПни свободной страны; но также сильно было желание поспеть за успехами англичан в науке, приобрести рациональный вгляд на мир, обоснованный английскими мыслителями. Подобного рода мировоззрение стали называть философским (у немцев просвещением, Aufklarung), а его распространителей философами.

 

Среди французских философов наиболее выдавался Вольтер (1694—1778), ученик иезуитод возненавидевший их систему воспитания, которая вырабатывала в людях слепую приверженность к догматам. Замечательна его поездка в Англию после того, как он два раза успел посидеть в Бастшши за стихи на короля и за насмешку над сеньором, герцогом Рогавом: Вольтер посещает заседания лондонского королевского общества и в своих «Философских письмах» знакомит соотечественников с важнейшим явлением умственной жизни ю Англии, Ньютоновской теорией. У Вольтера, величайшего мастера салонной беседы, не было оригинальных воззрений, он придерживался понятий английского деизма; но он считал главной задачей своей не проповедь новой религии, а борьбу с предрассудками и заблуждениями ума, с нетерпимостью, с узкими и лицемерными понятиями, которые отстаивало католическое духовенство, руководившее воспитанием и политикой. Вольтер хотел разрушить «старое, оснюианное 17 веков назад строение обмана (он разумеет церковь) которое разорвало своими когтями Францию, раздробило людей своими зубами и загубило в муках 10 мил. человек». В его глазах самое ценное в человеке — критическая мысль, самое важное для общества — умственная свобода.

 

Установления свободы Вольтер ожидал от просвещенного гуманного государя. Он вступил в переписку с наследным принцем прусским Фридрихом, а впоследствии, когда тот сделался королем, поехал на его лестное приглашение в Берлин. Также, как многим другим французским просветителям, Вольтеру казалось, что в Пруссии, где не было старых привилегий, и где не имелось сильного духовенства, просвещенный правитель может провести в жизнь начала разума.

 

В оценке монархии с Вольтером сильно' расходился другой почитатель Англии, Монтескье (1689—1755). Монтескье принадлежал к судебной аристократии и смотрел на политическую жизнь глазами парламентской оппозиции, которую Ришелье и Людовик XIV заставили молчать, но не заглушили окончательно. В «Рассуждениях о причинах величия и падения древнего Рима» он выше всего ставит стойкие республиканские характеры римлян; его герой — Брут; Цезарь, как основатель неограниченной монархии, ему ненавистен. По взгляду Монтескье, Франция вследствие произвола своих королей, близка к тому, чтобы стать деспотией, на подобие восточных государств. Надо вернуться к правильной умеренной монархии, где государь согласует свои действия со старинными привилегиями высших классов. В главной своей книге «О духе законов», (вгышедшей в 1748 г., Монтескье развивает ту мысль, что в жизни отдельных народов, в строении государств сказывается- действие постоянных сил, прежде всего естественных условий, климата и п о ч >Н ы, затем характера нации. Желая быть объективным, автор тем не менее не'может скрыть предпочтение, которое он отдает Англии. Главной и самой счастливой особенностью ее устройства он считает разделение властей, при котором только и может быть обеспечена истинная свобода. Монтескье в этом отношении лишь повторяет идеи, высказанные у Локка, но они стали известны iвюей Европе в той форме, какую ей придал французский писатель.

 

Вольтер и Монтескье принадлежали к поколению, которое помнило еще времена Людовика XIV. Их младшие продолжатели, родившиеся в первые десятилетия XVIII в. были свидетелями упадка монархии; во многих вопросах они высказывались резче своих учителей и предшественников. Они хотели дать полное торжество научному мировоззрению: с этой задачей связано огромное предприятие, задуманное Дидро (1713—84) и выходившее, при содействии большинства выдающихся писателей Франции с 1746 по 1765 год: «Большая энциклопедия наук, искусств и ремесл».

 

Общая идея Энциклопедии -выражена во вступительной статье д'Аламбера: ученый предостерегал от преклонения перед авторитетами и ставил на первое место самостоятельное исследование и' обстоятельную критику во всех вопросах знания. В статьях Дидро развивается тот взгляд, что знание составляет великую силу для материального и нравственного улучшения общества. Резче, чем в самой Энциклопедии, выражены взгляды отдельных энциклопедистов в особых сочинениях. Кондильяк (1715—80) в книгах, которые пришлось печатать в Лондоне и Амстердаме, излагал ту мысль, что единственным источником человеческих знаний служит чувственное восприятие; прирожденных понятий нет, дух человека — белый лист, на котором внешние впечатления образуют рисунок мысли. Этот сенсуализм (от sensus, что значит чувство) в соединении с теорией Ньютона приводил французских просветителей второго поколения к материализму и атеизму. Согласно теории всемирного тяготения они признавали основным свойством материи движение; но в то время как Вольтер считал для такого движения необходимым первый толчек, исходящий извне, и предполагал Великого Строителя, заводящего мир, как часовой механизм, Дидро, д'Аламбер, Эльвесиюс и др. отрицали такую постороннюю силу; раз нет врожденных идей вообще, понятие о Боге также не есть врожденная идея; а в таком случае наличность этого понятия и не есть доказательство бытия Божий.

 

Особенно решителен в этом отношении был Эльвесиюс, богатый откупщик налогов и глава одного из наиболее посещаемых в Париже салонов: в книге «О духе» (1766), осужденной в Париже на сожжение, выдержавшей в короткое время 50 изданий и переведенной на многие языки, он излагает тот взгляд, что нравственность должна быть построена не на богословии, а на опыте; основой человеческих поступков является чувство самосохранения, желание испытывать удовольствие и избегать неприятностей; характеры людей составляют результат внешнего воздействия, воспитания личного и общественного; надо устроить жизнь в обществе и определить законы таким образом, чтобы достигалась общая польза, т. е. польза самого большого числа людей; только хорошие законы создают добродетельного человека.

 

Отдельно от других просветителей стоит первый провозвестник демократии, женевец Жан Жак Руссо (1712—78), появившийся в литературном мире Парижа с конца 40-х годов. Руссо происходил из кругов мелкой, небогатой буржуазии, в аристократической республике Женевы писал в защиту массы неполноправных, нападал на деспотическое правительство своего родного города. В то же время он сохранил крепкую привязанность к быту своей родины, горной Швецарии, где живут простые и независимые крестьяне. Руссо казалось, что этот тихий, удаленный от шума событий край сохранил истинные черты человечности; вообще счастлив первобытный строй, люди наивных понятий; культура, успехи наук и искусств, жизнь в больших городах создают лишь новые потребности, развращают людей, увеличивают неравенство между ними. Но люди могут вернуться к первоначальным здоровым чувствам. В романе «Эмиль» изображено воспитание человека, поставленного е непосредственное общение с природой, далеко от утонченной светской жизни, развивающегося на началах самодеятельности.

 

Руссо старался изобразить идеальное устройство в «Общественном договоре» (1762). Он иначе, чем Локк, понимает смысл договора, заключенного людьми при выходе из первоначального быта; а именно, по его мнению, при вступлении в общественное состояние, все и каждый и отдельности должны были отказаться от своих личных прав в пользу всех; т. о. люди вышли из договора равными, и носителем верховной власти должен стать весь народ. В идеальном устройстве весь народ имеет безграничную силу над отдельными личностями; его власть — неотчуждаема (т. е. не может быть передана одному или немногим лицам), неделима, непогрешима. Руссо стоит очень далеко от учения Мон- теокьё о разделении iвиасти; ои не думает-вовсе об обеспечении свободы отдельных граждан; он не хочет парламента, а мечтает о демократической республике, в которой непосредственно правит весь народ, сходясь на общие собрания.

 

К простоте и правдивости здоровой жизни принадлежит, по мнению Руссо, также религия, но его религия далека и от церковного учения, ш от рассудочных заключений, это — религия сердца и чувства. Говоря о религии в государстве, Руссо устанавливает основные догматы, между прочим веру в загробное воздаяние и требует изгнания из государства неверующих, как людей, непригодных к общественной жизни.

 

 

К содержанию книги: Виппер. История. Новое время

 

 

 Смотрите также:

  

 ЭПОХА ПРОСВЕЩЕНИЯ. Английское Просвещение    История русского просвещения в 18 веке привлекала внимание...

 

Искусство Западной Европы в XVIII веке. Искусство Людовика XIV....  

 

ЕВРОПА В XVIII 18 веке. Ранние буржуазные государства...

 

Век Просвещения. Главной и общей идеей Просвещения было...